Газета для родителей и учителей
Издаётся с 2003 года
вести образования
18+
Архив Видео Фото № 8 (146) от 4 июля 2017 г. Подписка Редакция Контакты
1500814980149791497814977149761497514974149731497214971


Александр Адамский

тема

Итоги учебного года: нужна стратегия стабилизации

Парадоксальный, на первый взгляд, итог минувшего года: финансирование школы снижается, а результаты – повышаются.

Поверхностным объяснением этого может быть тезис, что они никоим образом не зависят от вложенных средств (и даже от уровня оплаты труда учителей!), и это отчасти так: прямой зависимости результатов обучения от повышения учительской зарплаты действительно нет. Это показал еще мониторинг введения ФГОС.

Но конкурентный уровень зарплаты может остановить (и уже остановил) двойной негативный отбор, когда в педвуз идут троечники, а не лучшие выпускники педагогических университетов – в школу.

Но тут пришла беда откуда не ждали – именно этих талантливых выпускников выдавливает из школы запредельное административное давление, гигантский объем отчетности и надзор – «бессмысленный и беспощадный».

И это запредельное закручивание гаек (проверки из школ не вылезают), умноженное на разбалансированность системы, когда сигналы на изменение идут из центра, деньги – из региона, формальным учредителем является муниципалитет, а у школы – совершенно формальные полномочия на формирование своей образовательной программы, штатного расписания и такая же финансово-хозяйственная якобы-самостоятельность – всё это делает систему неуправляемой.

Помните бессмертное «белые пришли – грабят, красные пришли – …»? А теперь представьте себе, что в Малиновке одновременно и красные, и белые, и зеленые, и махновцы, и петлюровцы, и все… проверяют соблюдение своих правил и норм. И чуть что – к стенке!

Думаю, что этот год был одним из самых «разнонаправленных», и его итоги представляются мне не только неоднозначными или нерядоположенными, но и во многом противоположными.

И в этом проявляется особенность отечественной образовательной политики, ее, так сказать, специфика. В образовании нет равнодействующей, нет единой результирующей тенденции. И причина этого более всего в том, что образовательные результаты и институциональные механизмы, которые способствуют этим результатам, разбалансированы.

Вот как выглядит полный список общефедеральных результатов, выстроенный в моей системе координат:

  • по результатам итоговой аттестации и международных исследований – качество образования в РФ повышается;
  • между тем в самой системе ощущается недофинансирование – от 20 до 30%;
  • резко упала управляемость системы: федеральные сигналы либо не проходят сквозь толщу регионально-муниципально-школьных слоев, либо превращаются в свою противоположность.

Фактически федеральное министерство не в состоянии провести сколько-нибудь продуктивную программу изменений. В итоге объем вложений в систему конвертируется в негативное отношение общества к школе, а учителей – к государству.

Наступает кадровый голод: квалифицированные учителя, директора и управленцы бегут либо из системы, либо из регионов – в крупные города.

Основные институты образовательной политики либо неэффективны, либо просто не работают: ни формульное финансирование, ни система оплаты труда, ни система аттестации учителей, ни общественное управление школой.

Теперь конкретика.

С одной стороны, по данным Рособрнадзора, в этом году по всем предметам резко сократилось число участников ЕГЭ, не преодолевших минимальные пороговые баллы. С другой стороны, анализ результатов Всероссийских проверочных работ, проводившийся в апреле-мае 2017 года, выявил проблемы с объективностью оценивания знаний учащихся в значительном числе школ: проверявшие их учителя попросту завышали оценки. А это уже опасно: пробелы в знаниях учеников вовремя не диагностируются, адресная работа по их ликвидации не ведется, отмечает Рособрнадзор.

По данным того же федерального контрольного органа, почти каждый пятый учитель не знает русский язык и математику на школьном базовом уровне.

При этом, как ни удивительно, наши школьники показывают стабильно успешные результаты в международных исследованиях TIMSS, PIRLS, а в PISA вообще отмечается существенная положительная динамика. Например, в 2015 году достижения московских школьников оказались сопоставимы с уровнем ведущих образовательных систем мира, и сейчас опыт Москвы по улучшению качества школьного образования изучают не только российские, но и зарубежные эксперты.

А что с ресурсами?

Номинальные бюджетные расходы Российской Федерации с 2013 по 2016 гг. на образование выросли с 2,9 до 3,2 трлн руб., но в реальном выражении наблюдалось сокращение средств, в том числе в общем образовании.

Инфраструктурный износ школ составляет уже около 60%, а численность обучающихся продолжает увеличиваться: 13% российских школьников обучаются во вторую и третью смену.

Замедляются темпы обновления кадров за счет уменьшения доли молодых специалистов в возрасте от 25 до 29 лет и доминирования учительского корпуса по педагогическому стажу более 20 лет.

На фоне повышения нагрузки на преподавательский состав растет региональная дифференциация в оплате труда учителей, и сама система оплаты оказывается неэффективной.

Так почему же результаты такие высокие?

А потому, что они отсроченные.

Откройте глаза: нынешний всплеск образовательных результатов – эхо мер, предпринятых с 2005 по 2012 год в рамках национального приоритетного проекта «Образование» и Комплексного проекта модернизации образования. Тогда в ручном режиме правительство запустило обновление материальной базы школ, включая компьютеризацию и Интернет, довело уровень условий в большинстве школ до современного, ввело формульное финансирование и систему оплаты труда по результату.

Вот эти меры сейчас и сработали. Так всегда бывает: результаты изменений приходят с небольшим временным лагом.

А потом реализация майских указов пошла по наихудшему варианту – административному давлению и гонке за показателями, в стране исчезла система оплаты труда, потом рухнуло формульное финансирование, поскольку все деньги ушли на зарплату, а потом и просто закончились. Начавшийся звериный раж проверок и отчетов привел к резкому падению мотивации учителей, а ведомству было наплевать, что происходит в регионах и школах. Показатели затмили все – период с 2012 по 2016 год был временем воистину запредельного пофигизма по отношению к школе!

Однако я пишу это не для того, чтобы лишний раз поругать бывших начальников. Просто хочу предупредить, что последствия сегодняшней системной неуправляемости и низкой мотивации учителей настигнут нас через 5–7 лет.

Мы перед выбором: либо сейчас, на излете, подхватить тенденцию роста результатов и сбалансировать систему, резко повысив управляемость, найдя эффективную формулу финансирования школы, установив общую для страны систему оплаты труда учителей и ликвидировав избыток и дублирование проверок и вернув мотивацию в школу; либо потерять время и вновь оказаться на знакомых граблях.

Но надо прагматически посмотреть на опыт, накопленный с 2000 года, и понять, какие механизмы работают, а какие представляют собой эфемерные идеологизированные конструкции.

Мне, например, очевидно, что муниципальное учредительство школы не работает, что без федерального значения финансового норматива не обойтись, что оптимальный вариант системы оплаты труда учителей – окладная, с федеральным значением базового оклада.

Мы прошли этот путь – честная рефлексия достижений и издержек дороже, чем цепляние за абстрактные и умозрительные представления об идеальном устройстве образовательного пространства и его обитателях.

Конечно, все надо делать осторожно, через пилотирование всех учреждаемых механизмов – это может занять год-два.

Но стабилизировать ситуацию надо уже сейчас, чтобы система окончательно не пошла вразнос.



Социальные комментарии Cackle